" Однажды - сидя на берегу Океана Вечности..."

 

 

ХРАНИТЬ ВЕЧНО

Близ небольшого городка Хиле в Ираке на сухой, плоской равнине виднеются многочисленные изрытые возвышенности. Если подойти ближе, то невысокие холмы раскрываются, как сильно исковерканные глубокие рвы и ямы, среди которых поднимаются откопанные, наполовину разрушенные, выветрившиеся глиняные стены... Здесь проводились грандиозные раскопки, вскрывшие то. «то осталось от древнего Вавилона, города, умершего около двух тысяч лет назад... В глубине траншей археологов стоят осыпающиеся стены из сырцового кирпича, но кое-где среди степной травы лежат большие квадратные обожженные кирпичи с оттиснутыми на них клинописными надписями. Такими рукотворными плитами были вымощены дворы северного дворца Навуходоносора.

Жестокий тиран и завоеватель VI века до н. э. при перестройке столицы огромной империи употребил прочный материал. Даже к концу XIX века в громадных каменных развалинах на каждом кирпиче читалась надпись: «Навуходоносор, сын Набопалассара, царь Вавилонский» («Иллюстрированная полная популярная библейская энциклопедия архи­мандрита Никифора». М., 1990 (репринт с 1891), с. 498). Почему мы вспомнили об этом? Для прославления себя великий гордец заставил людей наделать столько кирпича, что 25 веков естественного разрушения не истребили его имя... Олицетворение смирения оставил одно-единственное полотно, — зато такое, которое сохранилось целым 20 веков.

Положим, нерадивый археолог расколет сотню кирпичей. Это ничего не изменит — можно откопать и взять другие; но если, пусть случайно и не намеренно, кто-нибудь повредит дорогую ткань — заменить ее нечем...

К настоящему времени самая главная задача — оберегать сокровище в Турине. Не забывайте — перед нами льняное полотно, подобного которому нет в мире, но время берет свое и материя стареет... Какое поручение следует дать ученым, которые будут наблюдать за тканью? Их немало, но вот наиболее важное: в течение многих лет сохранять микроскопически тонкий слой ворсинок, на которых пребывает изображение (Если брать соотношение объема этих ворсинок с объемом всей ткани, то это соотношение составит несколько единиц к миллиарду. Следовательно, в основном контрольные приборы должны следить за состоянием поверхности ткани, но в то же время текущий контроль должен гарантировать сохранность всего полотна). Поэтому первое, от чего необходимо защитить полотно — это радиоактивность и космическое излучение.

Сильная энергия космической радиации вызывает вторичную ионизацию воздуха, способную повлиять на металлические предметы вокруг плащаницы. Излучение от металла из-за нарушения целостности химических связей целлюлозы медленно, но верно вредит по­верхности ткани... Следовательно, толстое стекло — наиболее подходящий материал для защиты от космических лучей (Если, предположим, расположить плащаницу параллельно поверхности земли, что наиболее удобно для исследователей, тогда космические лучи будут вредить ей в наибольшей степени. Значит, располагать плащаницу следует пер­пендикулярно поверхности земли (как ковер на стене) и защищать толстым стеклом от радиации). Поблизости не должны находиться изделия из пластмассы с низкомолекулярными структурами — последние могут химически взаимодействовать с тка­нью и, что хуже всего, с областью изображения.

Как ни печально, но видимый свет, падающий на плащаницу, неблагоприятно воздействует на поверхность. Что предпринять? Пользоваться прибором ночного видения на редкость несподручно. Выход есть: надо создать на стекле ультрафиолетовый фильтр, но при таком условии за счет искажения света изображение получит неприглядный вид. Этого мы допустить не можем, а поэтому светофильтры отпадают.

Различные типы механических нагрузок разрушают полотно. Мы приходим к противоречию: наименьшее растяжение от собственного веса ткань получает в горизонтальном положении, т. е. когда она просто лежит на столе. Но при такой позиции, как мы уже говорили, она подвержена максимальному воздействию космической радиации. Попробовать сложить, как всегда делалось? Но от постоянного сверты­вания и развертывания на следах крови видны потертости. Кроме того, за счет перераспределения массы от истирания вещества крови с тех мест, где она находилась, на прочую поверхность происходит беспорядок в отнесении специфических химических структур к характерным частям изображения. Могут возникнуть искажения при точном химическом анализе. Последнее соображение: свертывание и развертывание приводит к усталостным напряжениям, что повреждает волокна, делает их более ломкими и, следовательно, нарушает це­лостность ткани. Мы пришли к окончательному выводу — плащаница не должна складываться или свертываться подобно папирусному свитку.

На ум приходят аналогии. В дельте Нила произрастает тростник толщиной в человеческую руку и высотой до пяти метров. Его ствол, треугольный в сечении, в древности разрезали на куски по 30 см, расщепляли вдоль и сердцевину секли на толстые полоски. Слой таких полосок укладывали по волокну, а затем на первый пласт накладывали второй, поперек нижнего. Оба слоя прессовали вместе, и выходил однородный материал, на котором в греко-римском мире писали книги. Некогда такие рукописи по прочности не уступали хорошей бумаге, но от времени они стали хрупкими и превратились в пыль. Свитки папируса хорошо сохранились лишь в пустыне, где исключи­тельно мало воды.

Вода, влага... Для хранения ткани плащаницы внутри защитного устройства следует наладить тщательный контроль за влажностью воздуха. Если последняя будет меняться, то есть то увеличиваться (с тканью происходит гидратация) или уменьшаться (с тканью проис­ходит дегидратация), волокна ткани будут подвержены тем же самым эффектам, как при колебаниях (то растягиваются, то сокращаются), что вредно само по себе. И дело не только в механических повреждениях — изменение влажности таит большую угрозу. Мы знаем, что изображение на волокнах явлено за счет дегидратации целлюлозы, поэтому при колебаниях влажности могут возникнуть искажения в целостности образа. Этого допустить нельзя.

Чего проще — выкачать воздух вместе с влагой... Но вакуум тоже ускоряет дегидратацию! Такой способ хранения недопустим, и вообще, вопрос о подходящей атмосфере еще не проработан... Обратите внимание: высыхание полотна увеличивает механические напряжения. В свою очередь повышение влажности приводит к увеличению погло­щения тканью окружающего воздуха, что может привести к нежелательным химическим реакциям. Поэтому вопрос об оптимальной влажности, температуре, давлении воздуха внутри защитного устройства остается открытым...

Сколь многое написано на пергамене, изготовленном из кожи молодых овец и коз, которую мыли, разглаживали пемзой и натира­ли мелом! Самые роскошные рукописи писались золотыми и сереб­ряными чернилами, обычные — черными или коричневыми, но с течением времени и те и другие атаковывала плесень. Любой материал, в том числе и ткань, подвержен влиянию мельчайших живых существ. Микробиологи обнаружили на поверхности плащаницы некоторые типы грибов, бактерий и другие микроорганизмы. Они могут повлиять на целлюлозу ткани и протеины крови. Вопрос достаточно серьезный. Если на ткани присутствуют анаэробные бактерии (Анаэробные бактерии - вид бактерий, способных жить при полном отсут­ствии кислорода), то заполнение защитного устройства инертным газом для лучшей сохранности полотна только активизирует их деятель­ность (Мы не можем уничтожать эти бактерии, грибы и микроорганизмы с помощью пестицидов, ядохимикатов или моющих средств. Избавившись от одной опасности, мы впадем в другую напасть. Ядовитые вещества действуют как фоточувствительные и окислительные, что приведет к повышению дегидратации целлюлозы волокон и существенно исказит изображение. Поэтому правильное очищение ткани возможно только после обширного исследования всех послед­ствий такого вмешательства). На полотне обнаружено значительное количество посторонних объектов: капельки воска, красные шелковые нитки из ткани поддержки, пыльца, волосы, части насекомых, случайные следы различных типов красителей, приписываемых тем художникам, которые рисовали копии с плащаницы, а затем освящали их, кладя копию на подлинник. Остатки красок создают противоречие между надежностью сохранения полотна и историческим исследованием, потому что являются фоточувствительными и со временем повреждают волокна, искажая изображение. Если их решительно удалить, возникнут осложнения для будущих историков.

Перед создателями защитного устройства стоят грандиозные задачи: предохранить ткань от землетрясения, пожара, наводнения и, как ни прискорбно — от вандализма. Размещение плащаницы в глубоком подземном бункере решило бы эти проблемы, но маловероятно, что на это можно пойти. Очевидно одно — древнее полотно необходимо беречь пуще глаза (В настоящее время плащаницу хранят в алтаре кафедрального собора Турина за голубым занавесом, перед которым укреплена ее полноразмерная цветная фотография. Особое защитное устройство содержит шесть листов пуленепробиваемого стекла; во внутренний контейнер, чтобы уничтожать вредные микроор­ганизмы, постоянно подается смесь азота, кислорода и аргона, поддерживаются оптимальные влажность и температура В целом аппарат работает более 3000 ча­сов и при изготовлении стоил 120 000 фунтов стерлингов. — British Society for the Turin Shroud. Newsletter. Issue no. 49. June 1999, p. 8-10).

С целью привлечь русских ученых к исследованию плащаницы Джон Джексон способствовал организации Московского Центра Туринской Плащаницы, в котором трудятся православные физики, математики, биохимики, искусствоведы и ученые других специальнос­тей. Центр призван стимулировать и координировать работы, проливающие дополнительный свет на историю плащаницы, исходя из православной традиции, закрепленной в богослужении, иконопочитании, предании и благочестии. По негативам, полученным в иссле­довательской кампании 1978 года, Джексоном изготовлена в дар рус­скому народу точная копия Туринской плащаницы; таких копий в мире всего пять. Сейчас она, освященная 7 октября 1997 года Святейшим Патриархом Московским и всея Руси Алексием, как Нерукотворный образ Спасителя, выставлена для всеобщего поклонения в храме Сретенского монастыря в центре Москвы.

Сколь обширен материал древних рукописей! Глиняные таблич­ки, камень, кость, дерево, кожа, металлы, черепки (остраконы), папирус и пергамен — все употреблялось в древности для нанесения слов. Чья Рука оставила «величественные письмена» на полотне, лежащем в Турине? Не та ли Рука, что объемлет собой небо и землю, вселенную и что наполняет ее, Рука крепкая, Десница высокая (Пс. 88, 12—14)?!

«Нерукотворный манускрипт» полотна свидетельствует, что в гробнице произошло великое событие, в результате которого явлены неповторимые отпечатки. Множество научным образом установленных фактов сходятся с евангельскими событиями, однако вопрос: «Чей это Лик?» имеет не только исторический, но и богословский аспект. Естествознание в этом отношении бессильно. Весьма ограниченная в своих возможностях наука прикоснулась к «надписанию», которое она может изучить, но никогда не сможет разгадать, потому что Туринская плащаница — свидетель непостижимого, святого и славного Воскресения!

ПОСЛЕСЛОВИЕ

«Хвалите Господа с небес
И славьте, человеки!
Воскрес Христос! Христос Воскрес!
И смерть попрал на веки!»

              (Великий князь К К.Романов. Драма «Царь Иудейский)».

Праздников праздник, и торжество из торжеств... На апрельском небе в полуночи кристаллами сияют звезды. Ярко и торжественно светятся оконные проемы церкви, блестят золотом осьмиконечные кресты. Вокруг — море людей с зажженными свечами. Тихо и торжественно движется вокруг храма крестный ход с хоругвями под пение стихиры: «Воскресение Твое, Христе Спасе, Ангели поют на небесех, и нас на земли сподоби чистым сердцем Тебе славити».

В наступившей тишине пред закрытыми дверьми церкви священник с горящим трисвещником и отливающим золотом крестом ясно и торжественно возглашает: «Слава Святей, Единосущней, Животворящей и Нераздельней Троице...»!

И как гром: «Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ и сущим во гробех живот даровав»! Все радуются и приветствуют друг друга: «Христос воскресе! Воистину воскресе!»

Пасха святая, Пасха таинственная... Благоговейно перекрестясь, заходим в православный храм. Через открытые царские врата, как через отверстый гроб Господень, на престоле видна украшенная цветами ткань... Христос воскрес!

Перед нами — погребальная риза нашего Спасителя, образ Его живоносного тела, запечатленный на плащанице. Такая плащаница пребывает не в одном лишь Турине: она находится во всех храмах, и не только в Пасху. Изображение, как бы само собой отпечатлевшееся на ней, возлежит в алтаре каждой православной церкви. Главная часть освящения православного храма — положение на престол такого изображения, священнодействуемого архиреем посредством помаза­ния святым миром и вложения частицы святых мощей. По-гречески это изображение называется антиминс, что в переводе на русский означает вместопрестолие. На нем совершается таинство Евхаристии — священнодействие Тела и Крови Господа нашего Иисуса Христа, тайна нашего спасения.

Во время Божественной Литургии мы предстоим престолу Господню, гробу Господню, трапезе Господней. Иосиф Аримафейский испросил тело Иисусово, с Никодимом обвил его плащаницей, умастил драгоценными благовониями... Откроем для Спасителя наши окаменевшие души — и погребется в них Господь Своим благодатным образом. Обовьем Его нашей верой, изольем на Него благовоние нашей искренней любви. Вся наша природа соделается жизнью о Христе Иисусе, а мы станем причастниками Божественного естества (2 Петр. 1,4). Тогда радостное воскресение Господа явится и внутри нас, а вся наша жизнь будет Господней Пасхой, переходом от смерти к жизни, от земли на небо!

Говорить о Воскресении можно долго, но мой бледный язык не в состоянии раскрыть всю полноту его тайны. Возьмем с полки давно не читаный томик Священного Писания, развернем его на духоносных словах апостолов и евангелистов. Пусть эти боговдохновенные строки откроют нам сокровенные глубины тайн Божиих, причастни­ками которых мы являемся по принадлежности к нашей матери — православной Церкви!

Домашняя ] Вверх ]