" Однажды - сидя на берегу Океана Вечности..."

 

 

 

ГЛАВА 6. ГОРЬКАЯ ИСТИНА

Жизнь и борьба пророка: человек с двумя сердцами. Часть 1

 

«У него два сердца» — говорили про Мохаммеда. То он был открыт с людьми и улыбчив, то, когда его вызывал на контакт ангел Гавриил — хмур, сосредоточен на звуках, которые слышал только он, отрешен от реального мира. В моменты принятия Божественных откровений он впадал в особое состояние, переставал видеть и слышать, что происходит вокруг, многочисленным его врагам ничего не стоило ударом меча покончить с ним, он бы не заметил. Понимая это, в такие часы его ученики вставали около дома пророка с мечами, вынутыми из ножен. А он, слегка раскачиваясь, иногда с закрытыми глазами, мог читать часами то, что слышал от ангела — стихи лились без единой запинки, без единой остановки. Айаты складывались в суры, суры — в Коран. Пребывая в контакте с Богом, иногда он терял сознание. Ученики подбегали к нему, клали на лоб мокрый платок, он приходил в себя и не понимал, что с ним происходит, где он находится, не узнавал хорошо знакомые лица.

Отец Мохаммеда умер, когда его мать — Амина — была им беременна. Говорят, что плод испытывает те же чувства, что и мать. Может, стресс, пережитый им еще в утробе матери, и сделал этого человека особенным — он был двойственен, будто у него действительно было два сердца — он был сильным из сильнейших, и слабым из слабейших. В начале зарождения мусульманства он мог одним окриком повести за собой тысячное войско, которое еще не совсем понимало, зачем надо воевать и рисковать жизнью, а мог, как это было при заключении договора в Худабейдии, быть нерешительным и робким. В нем будто уживались два человека с противоположными характерами. Он мог звать к доброте, а сам совершать злодеяния.

Он мог быть с 25 лет и до самой смерти Хадиджи быть абсолютно верным ей, хотя в среде язычников, в которой он воспитывался, измены не считались чем‑то особенным, а мог с первого взгляда влюбиться в Сафию, дочь главы только что поверженного еврейского племени, бросить все дела, чтобы не откладывать свадьбу. Впрочем, он любил Хадиджу даже после ее смерти. Однажды к нему приехала Хала, сестра умершей Хадиджи, а голоса их были очень похожи, и он упал в обморок, услышав раздавший во дворе голос ожившей любимой женщины. Он мог быть сентиментальным, и часами со слезами на глазах любоваться проплывающими облаками, а мог быть беспредельно жестоким и спокойно лицезреть казнь семиста евреев: головы и тела летели в ров, а он сидел и считал, не слыша рыданий их жен и детей. Он мог быть беспросветно хмурым от какого‑то пустяка, и искренне хохотать: посмотрите, как согнулась эта пальма — это же буква «ра»!

Видно, подобные гении, глубоко противоречивые по своей натуре, и оставляют свой след в истории. В жизнь таких людей вмещаются две обычные жизни. Так было и с Мохаммедом.

Амина не могла его вскормить — смерть мужа отняла молоко. Выручила знакомая из кочевого племени бедуинов — Халима. Но она могла вскормить его только там, в пустыне. Только родившись, Мохаммед стал жить среди бедуинов. Здесь жизнь была суровой и простой, грудные дети росли не в мягкой колыбели, а на песке, верблюды величаво и осторожно обходили их. После того, как Халима вскормила его и вернула Амине, мальчик часто просился в пустыню, и снова оказывался среди жестких, прямых и откровенных бедуинов.

Его прадед, сборщик налогов и хранитель ключей от Каабы, — святилища идолопоклонников, — был одним из честнейших людей Мекки. Арабы приезжали сюда поклониться своим божкам, но выгоды мекканцам от этого почти не было, Хашим зарабатывал на жизнь семьи отправкой и приемом торговых караванов. Но больше заботился о бюджете Мекки, о том, чтобы не было бедных. Своего сына Абу Муталлиба он назначил смотрителем источника Зем‑Зем, который снабжал мекканцев водой, но они предпочитали дождевую воду, собиравшуюся в открытых резервуарах, построенных на окраине города — вода из источника была, как и сейчас, пересыщена сернокислым магнием, который придает ей горьковатый вкус. До конца жизни пища пророка была простой и однообразной — хлеб, молоко, финики, и очень редко — мед и мясо. И, конечно, дождевая вода.

У отца его, Абд‑Аллаха, было 11 братьев. И три сестры. В мусульманской среде есть поговорка: хороший человек должен быть похож на своего дядю. И, если ей верить, то своеобразие характера и личности Мохаммеда можно объяснить очень разными, даже внешне, братьями отца — высокий, решительный, сильный Хамза, добрый и мягкий, несмотря на то, что был командующим войсками Мекки — аз‑Зубейр, злой, как пантера, Абу Лахаб, вежливый, приветливый, вечно улыбающийся Аббас — будто они родились от разных отцов и матерей, настолько были не похожи друг на друга.

Амина умерла на глазах у шестилетнего сына, когда они вместе со служанкой семьи Баракой возвращались из Медины в Мекку. Это всего 320 километров, на автомобиле три часа езды. А на верблюде, со скоростью две мили в час — четыре дня. В дороге их захватила песчаная буря. Амина задыхалась. Здоровье ее после смерти мужа было подорвано. И где‑то в пути сошла с верблюда и, обняв сына, тихо, как догорает свеча, умерла. Барака похоронила Амину прямо там, где это случилось. У шестилетнего Мохаммеда впервые мелькнула мысль о предопределенности, о которой он потом часто будет говорить, о фатализме, которым будет пронизана теоретическая часть его религии.

Надо сказать, что эта дорога между Меккой и Мединой была фатальной во всей судьбе Мохаммеда. Его отец тоже умер в этих краях, и тоже во время караванного перехода, за шесть лет до смерти жены. Из Мекки Мохаммеда изгонят за его проповеди, через восемь лет он вернется победителем, на этой дороге он совершит много подвигов и злодеяний.

С детства у Мохаммеда была быстрая походка, он шел, чуть наклонившись вперед, будто куда‑то стремился, куда — знал только он. Все отмечали удивительную для мальчугана ясность ума. Когда дяди запутывались в отношениях с людьми, — а Мекка была полна интриг, — они звали Мохаммеда, который давал простой и ясный совет, как им поступить.

Кааба перестраивалась, и представители мекканских родов столкнулись с проблемой — кто вложит в стену камень, который считался окаменевшим ангелом, посланным на землю богами. Долго они спорили, кому отдать предпочтение, и решили, что спросят у первого, кто к ним подойдет со стороны. Это был Мохаммед. Он снял с себя накидку, положил на нее священный камень и сказал: беритесь все за эту накидку и несите к Каабе, поднимите все вместе, а я только на миг прикоснусь к камню и столкну его в углубление, и получится, будто вы заложили его все одновременно.

При всей мудрости этого решения мы не можем не отметить некоторую натянутость — ведь все равно получилось так, что он, а не старейшины, вложил камень. Может, так решил Аллах? Такими недомолвками будет полна его религия.

После этого случая не только его семья, но и все жители Мекки звали его для решения спорных вопросов. Это сейчас мы пренебрежительны к качествам людей — все взаимозаменяемы, все на одно лицо. А тогда эта черта Мохаммеда — ясный ум, умение просто решать сложные разногласия — стала известна всем далеко вокруг, его слава дошла даже до Медины. Когда он, изгнанный из Мекки, пришел в Медину, его пригласили быть судьей. Среди двух арабских и трех еврейских племен, населявших Медину, все время происходили конфликты — делили земли, жилища, урожай, все смертельно устали от своих же разногласий. Поэтому с радостью ухватились за человека, который с легкостью решил бы их разборки. Если бы они знали, что произойдет в следующее десятилетие…

Осиротевшего шестилетнего Мохаммеда берет к себе в семью дед Абу Муталлиб.

Иосиф — один из 12 сыновей Йакуба (Якова, Иакова, Израиля), внук Исхака (Исаака), правнук Ибрагима (Авраама) и Сарры. Десять сыновей Якова были от первых трех жен, двое младших — Иосиф и Вениамин — от четвертой.

Сон Иосифа и предупреждение его отца. Злодеи выбирали между смертью и отдалением. Юноша, вызывающий страсть. Безудержная Зулейха. Ножи, наносящие ранения сами по себе. Жизнь невиновного в темнице. Толкование снов. Загадочный сон царя. Иосиф — восхождение его из арестанта в правителя. Братья Иосифа идут к нему. Воссоединение семьи. Наставления.

Во имя Аллаха милостивого, милосердного!  Алиф — лам — ра.

Это — знамения ясной книги, которую Мы отправили на землю на арабском языке и назвали Аль‑Коран (Аль — артикль).

Мы расскажем важные истории, открыв тебе Коран, пусть даже раньше ты был в числе беспечных.

Был день, когда маленький Йусуф сказал отцу: во сне я видел звёзды числом одиннадцать, солнце и луну, видел их поклонившимися мне, что это означает? Отец подумал и ответил: не рассказывай сон этот братьям, они замыслят хитрость. Их может надоумить сатана, а сатана для человека — явный враг. Твой сон означает, что Господь изберёт тебя, научит толкованию событий, отметит милостью, которую раньше дал Ибрагиму и Исхаку — прадеду твоему и деду.

Следите за рассказом — в нём есть ответы на многие волнующие вас вопросы.

Десять сыновей Йакуба собрались как‑то и сказали: Йусуф и его единоутробный брат милее нашему отцу, чем мы. А ведь нас больше, мы, к тому же, старше. Поистине, отец наш в явном заблуждении. Один сказал: следует убить Йусуфа или отправить в дальнюю страну. Мы будем правы — только тогда отец обернётся к нам лицом. Сказал другой: не надо убивать, он слишком мал, лучше бросить на дно дальнего колодца, кто‑то его вытащит и заберёт с собой — мы не возьмём на себя грех убийства, а с глаз он изойдёт.

Так и решили. Поговорив между собой, они к Йакубу обратились: отец, доверься нам, отпусти Йусуфа, мы не причиним вреда. С нами завтра пошли его, пусть поиграет, порезвится, мы ему охранниками будем. Йакуб ответил: если с собой его возьмёте, печален буду я, он же маленький, а если волк вам встретится, а если вы не доглядите? Сыновья Йакуба отвечали: да нас же целая толпа, чего бояться волка.

Действуя по злому плану, взяли они ребёнка, бросили в колодец далеко от дома, на пути торговых караванов. Аллах сказал Йусуфу: запомни это, придёт время, и ты откроешь эту тайну.

Вечером сыновья пришли к отцу в слезах: отец, мы бегали наперегонки, а Йусуф сидел под деревом далеко от нас, и вдруг исчез. Наверное, волк его загрыз и уволок. Ты не поверишь нам, если бы даже это было правдой. Вот — осталась одна рубашка. Для достоверности Йакубу показали рубашку с кровью.

Догадываюсь я, — сказал Йакуб, — что дело тут нечисто. Но что мне делать — только ждать помощи Аллаха.

Тем временем у того колодца остановился караван, который шёл в Египет. Один из путников услышал стон ребёнка, осторожно опустил ведро и достал его. Увидев, что это мальчик, путники обрадовались, решив, что продадут его и заработают на этом.

Аллах следил за происходящим.

Добравшись до Египта, мальчика недорого продали богачу и пошли своей дорогой. Богач сказал жене: посмотрим, что получится — или будет помогать нам по хозяйству, или станет сыном.

Распорядился Бог, чтобы мальчик вырос умным, знающим, и дал ему знак мудрости — умел он истолковывать сны.

Аллах продолжает Своё дело, но никто этого не знает.

Йусуф стал строен и красив, как кипарис. Хозяйка дома страстью заболела, и вздумала Йусуфа совратить. Как‑то позвала его к себе, дверь заперла и подошла к нему. Йусуф сказал: нет, не могу я, меня приютили вы, как сына, это подло, неправедным быть не хочу — и пошёл к двери. Она разозлилась, догнала юношу, разорвала на спине его рубашку, и завопила мужу: вот благодарность за всё, что мы сделали, он возжелал меня, заключи его в темницу! Йусуф вынужден был сказать, что всё было наоборот, и тут все увидели, что рубашка не спереди разорвана, а на спине. Муж сказал жене: покайся, грешница, еще ты и козни строишь! Йусуф, иди, я с нею разберусь.

Слух о том, что Зулейха соблазняла юношу, разнёсся, женщины сказали: она глупа, что поддалась чарам. Тогда хозяйка дома пригласила этих женщин, усадила их в кружок, дала каждой в руки нож, и велела зайти Йусуфу. Тот вошёл, все ахнули, настолько был он строен и красив, рассудок потеряли, в страсти забыли про ножи, и порезались. Потом решили, что Йусуф не человек, а ангел, потому и обладает чарами. Хозяйка же сказала: вот, видите, а вы меня бранили, теперь вы поняли?

Домогания хозяйки продолжались, и Йусуф обратился к Богу: Господь мой, если мне будут козни строить, боюсь, что сдамся, чтобы крик её унять, темница мне милее. Аллах услышал юношу и отвратил его от козней. Но господин его, чтобы всё забылось, решил спрятать его в темнице на некоторое время. Спрятал, и забыл о нём.

В темнице уже были двое юношей. Они узнали, что Йусуф толкует сны, потому к нему и обратились. Одному привиделось, что выжимает вино из винограда. Другому — что несёт он хлеб, а птицы слетаются и клюют. Юноши просили объяснить им эти сны.

Йусуф сказал им: один из вас станет виночерпием и будет поить вином самого царя, другой же — пусть извинит за правду — будет зло распят, и на его тело слетятся вороны.

Йусуф попросил того, кто станет виночерпием: скоро тебя выпустят, так напомни обо мне, может, пора меня выпустить? Но тот обрёл свободу, стал слугой царя и забыл о парне, тот еще долго был в тюрьме.

Как‑то царю приснился сон: поедают семь худых коров семь тучных, а рядом с ними — семь сухих колосьев и семь зеленых. Потребовал у знати толкования. Те не знали, что и подумать. Выручил тот виночерпий: есть у меня друг, он истолкует, зовут его Йусуф. С этими словами он побежал в темницу, нашёл Йусуфа и рассказал ему сон царя.

Тот ответил: это значит, что семь лет подряд всходы будут тучными. Надо будет оставить часть зерна в колосьях, потому что следующие семь лет будут голодными — наступит засуха, спасением станут лишь прошлые запасы. Зато потом опять наступит время с обильными дождями, и будет богатый урожай зерна, маслин и винограда.

Виночерпий всё это передал царю и рассказал о судьбе Йусуфа. Царь велел своим чиновникам отправиться к тем женщинам, которые по глупости порезались ножами, узнать, что было с ними. Они сказали: за Йусуфом ничего дурного не замечено. А совратительница призналась, что она соблазняла юношу, а не он её, что юноша тот чист перед Аллахом. Решила признаться для того, чтобы муж её узнал: хоть она и была грешна, но не изменила.

Царь вызволил Йусуфа из темницы, призвал к себе, наделил доверием и властью: назначил хранителем складов и сокровищ государства.

Вот так Господь, многократно испытав Йусуфа, ниспослал ему благословение. В будущей же жизни праведникам уготована другая, еще большая награда.

Проходит время, и как‑то по делам торговли к Йусуфу приезжают его братья. Они его не помнят, зато Йусуф их узнаёт. В обмен на тот товар, что привезли они, даёт он им зерно. А потом и говорит: у вас, мне кажется, есть еще один брат, по отцу, приведите, ему я тоже дам товар, которого нет у вас. А если не приведёте — и сами не приезжайте. Те ответили: конечно, приведём.

Вернувшись из Египта, братья говорят отцу: египетский вельможа‑самодур больше не даст зерна, если не поедем вместе с братом, Бенйямином (Вениамин, единоутробный брат Йусуфа). Йакуб сказал: разве могу я доверять вам после случая с Йусуфом? Не отпущу, если не дадите клятвы именем Аллаха, что он вернётся целым. Все десять поклялись. Отец сказал: езжайте, я надеюсь на Аллаха.

Приняв своих братьев, Йусуф ухитрился остаться с Бенйамином наедине. А тому сказал: вспомни, что когда‑то был у тебя еще один брат, Йусуф. Так вот, это я. Никому не говори, что тебе это известно. Так надо, и не печалься, что наши братья могли так поступить со мной.

Йусуф продолжал свой план. Велел он своим слугам подложить в поклажу родного брата золотую чашу. И тут же глашатай возвестил всех о пропаже, и по велению Йусуфа пообещал вознаграждение тому, кто её найдёт. Спросили братья: а какое наказание ждёт того, у кого найдётся чаша? Йусуф ответил: по законам государства, вор становится рабом.

Опередим события и скажем, что золотую чашу нашли у Бенйамина. Он и должен был стать рабом. Но, помня своё обещание перед отцом, другие десять предложили: оставь одного из нас, его же отпусти. Йусуф ответил: заменить преступника невиновным Бог не даст, остаться в рабстве должен вор.

Вернулись братья из Египта без Бенйамина. Йакуб в одну минуту ослеп от горя и сказал: я потерял Йусуфа, а теперь и Бенйамина, горе мне. Не стерплю я этого, не теряя времени, готовьте лошадей, поедем все в Египет.

Увидев своего отца, Йусуф рубашку снял с себя и набросил на его лицо. Старик в вмиг прозрел. Йусуф сказал: отец, ты помнишь, я в детстве сон рассказывал тебе? Вот, он и сбылся, сбылись твои слова.

Десять братьев пали ниц, признались, что совершили зло, покаялись в грехе. Они сказали: Аллах поставил тебя выше нас, мы, поистине, были грешными. Отец обратился с молитвой к Богу о прощении сыновей. Йусуф тоже обратился к Богу: Господи, ты даровал мне власть, научил толкованию снов. Так утверди меня предавшимся тебе, причисли к праведным!

Мы рассказ ведём не просто так: чтобы каждый знал: любое зло всё равно раскроется, рано или поздно.

Посланник, ты не был среди них, когда замышлялось зло. Но рассказ этот и для тебя: столько в мире причин и поводов для зла! Сколько знамений на небесах и на земле, мимо которых люди пробегают! И жаль, что они приравнивают Аллаху своих божков, среди которых не только идолы, но и страсти, которым они молятся. Большинство не верует в Аллаха и не задумывается, что над ними — угроза наказания.

Скажи, посланник, всем: мой путь таков — обладая зрением, я верую в Аллаха, и нет у меня других богов. И до тебя Мы пророков посылали для увещания грешников. А эти не понимали, что зло наказуемо, и шли по кривой дороге. Посланники Мои отчаивались, не в силах убедить неверующих, а те считали посланников Моих лжецами.

В рассказе этом — поучение для разумных. Он не придуман, всё это было. Это — подтверждение истинности ниспосланного ранее писаний — для раскрытия зрения и слуха, это — руководство для людей и источник знания.

Жизнь и борьба пророка: человек с двумя сердцами. Часть 2

Дед Мохаммеда, взяв его на воспитание, через два года умирает, и мальчик попадает в семью дяди Абу Талиба. Ему всего восемь лет. На него особого внимания не обращают — сыт, и слава Богу. По‑прежнему иногда просится в пустыню, к вскормившей его Халиме, и исчезает на месяц. Вспоминают о нем — забирают обратно. Так он и растет: половину времени в городе, другую половину — в пустыне, с бедуинами. Его городские сверстники видят в нем что‑то особенное: если затеваются мальчишечьи драки, его никто не трогает, он сам в них не участвует. В отличие от них, часами сидит на камне и о чем‑то думает. Спросят, о чем — ответит загадочно, сверстники отходят в замешательстве, пораженные его серьезностью. Часто он молча обходит Каабу, садится на камень неподалеку, и думает, глядя на это святилище. Каковы были его мысли — мы узнаем через тридцать лет.

Поворот в его судьбе, а его судьба — это витиеватые повороты истории Аравии, потом и всего мира, — произошел осенним утром 582 года, когда дядя Абу Талиб собирался с караваном в Сирию. Мальчик сидел и смотрел на суету вокруг каравана, и вдруг подошел к дяде и вложил свою руку в его ладонь. Он молчал, но глаза мальчика было настолько выразительными, что дядя сказал: пойди и быстро собери мешок с финиками, на тебя не рассчитывали, и захвати еще воды.

При рождении Мохаммеда его сначала назвали Котан. Но дед Абу Муталлиб, немного подумав, решил поменять его имя на Мохаммед, что означало «восхваленный свыше». Было ли это предчувствием? Имя Мохаммед в те времена было очень редким.

Итак, 12‑летний Мохаммед первый раз в своей жизни отправляется в Сирию. И тут происходит его встреча с неведомыми прежде явлениями — он на базарах подсаживается к людям, которые зарабатывают на жизнь рассказами об устройстве мира, о мироздании, о мировых религиях. Здесь и христианские монахи, и иудейские проповедники, огнепоклонники, йоги, и просто шарлатаны. Арабы, насытившиеся материальной жизнью — торговлей, обменом товарами, скупкой золота и тканей, испытывали жажду и по духовному. Поэтому подсаживались к таким мыслителям и охотно слушали их, пытаясь найти ответы на свои вопросы: зачем нужна вся эта суета, неужели весь смысл жизни состоит в накоплении денег.

Эта двойственность арабов — практичность и духовность одновременно — национальная черта. Неспроста и сейчас можно встретить «крутого» бизнесмена, разъезжающего по свету на личном самолете с десятком референтов, не отрывающегося от ноутбука, и вместе с тем совершающего намаз пять раз в день, охотно слушающего речи бродячих проповедников, которые открывают смысл жизни и тайны мироздания. Неспроста именно на востоке эти бродячие искатели истины не пропадают — им охотно подают, кормят их и поят.

Когда дядя впервые взял его в караванное путешествие, Мохаммед оказался на ярмарке в городе Баср. Базар кипел страстями — все торговались, расхваливали свои товары, кричали, ругались, нагружали и разгружали верблюдов — словом, шла беспокойная, шумная жизнь обычного восточного базара. Зато на окраине рынка была другая жизнь — христианские монахи, несторианцы, иудейские проповедники, какие‑то ловкачи что‑то рассказывали кучкам людей, продавали им амулеты, показывали фокусы, исцеляли.

Так и повелось: потом дядя его часто брал в поездки и, видя желание Мохаммеда оказаться на окраине базара, отпускал его, и Мохаммед слышал и видел странные вещи: монахи говорили о бессилии идолов, евреи читали Тору и рассказывали о сотворении мира, несторианцы показывали изображение Христа. Все это Мохаммеду казалось аттракционом, серьезного значения слышанному он не придавал. Но в один из приездов он застал такую сцену: спор между христианским монахом и несторианцем перешел в кровавую драку, они с остервенением молотили друг друга. Эту сцену Мохаммед запомнил на всю жизнь: монах кричал, что Марию, мать Христа, надо называть Богородицей, а несторианец — что Иисус не Бог, поэтому Марию надо называть Христородицей. Тогда только мальчик понял, что религия — это настолько серьезно, что люди могут проливать из‑за нее кровь.

Мохаммед стал зарабатывать деньги и отдавать их дяде. Он нанимался пастухом, мекканцы отдавали ему стада овец, лошадей, верблюдов и коз, он пас их на скудных склонах гор, по‑прежнему уезжал к бедуинам и жил среди них. Скоро Абу Талиб доверил ему первый торговый караван, отправлявшийся в дальнюю страну. Мекканцы обычно поручали ему привезти то, это, он скрупулезно выполнял эти просьбы, не записывая: у него была великолепная память. Но не только поэтому он не вел записей: он был неграмотен. До конца своей жизни Мохаммед так и не научится читать и писать.

Юношество принесло ему бескомпромиссность мышления, кое‑какие представления о религии, весьма поверхностные, созерцательность.

 Мекканская, пророческий период, последняя сура, прочтенная пророком перед переселением в Медину.

Эту суру открывают четыре буквы. Создания Творца: горы, реки, небеса, плоды земли. Зачем грохочет гром. Почему сверкает молния. Обретение зрения — это обретение истины. Двое ворот из чистилища. Участь посланников. Тайна могилы Хадиджи — первой супруги пророка. Автор книги, мать которого звали также, как ее, положил камушек на могилу Хадиджи. Кого следует называть матерями правоверных?

Во имя Аллаха милостивого, милосердного!

Алиф — лам — мим — ра (напоминаем, что тайна букв, которыми открываются 29 из 114 сур Корана, не разгадана). Эти буквы — знамeния послания, которое отправлено тебе, как истина от Бога. Но многие этому не верят.

Твой Господь — это Тот, Кто построил небо над людьми — этот купол без видимых опор, потом принял на себя управление миром, управление солнцем и луной, и решил: всё будет течь до определённого предела. Он управляет всем, что на небесах и на земле, и посылает вам свои знамения, чтобы вы верили во встречу с Ним

Твой Господь раскинул землю, поставил на ней горы, провёл русла рек и создал попарно разные плоды (улыбнитесь, вспомнив про тычинки и пестики — растения тоже имеют мужские и женские признаки). Он сотворил день и ночь. Поистине, всё это — знамения для разумных.

На земле, друг рядом с другом, растут разные создания Творца: виноградная лоза, поля пшеницы, финиковые пальмы. Пьют они одну и ту же воду, но созревают такими непохожими! И каждый плод земли — это ценность для людей.

Неверующие для поклонения Богу ждут от посланника чудес. Но посланник Мой — наставник, он и не должен совершать их. А знамения может видеть только зрячий — не слепой. Всевышнему известно, что несёт в утробе самка, как она меняется с рождением ребёнка. Ему известно то, что вы скрываете, и то, что говорите, и то, что скрыто в темноте ночи, и то, что видно при свете дня.

Человека охраняют ангелы — один идёт впереди на шаг, другой немного позади. И берегут его по велению Аллаха. Поистине, в этом шествии Бог не меняет ничего, Он наблюдает, но люди сами порой меняют шаг, лишаясь ангелов и привлекая к себе беду. Если же Бог посылает наказание — оно неотвратимо.

Это Он ниспосылает молнию — для того, чтобы человек боялся Бога и надеялся, а гром воздаёт Ему хвалу, ангелы трепещут перед Ним и тоже прославляют. Люди к Богу обращаются за истиной. А те, что обращаются к божкам — похожи на людей, желающих напиться, но лишь протягивают руки в направлении воды. Пусты молитвы их, и бесполезны.

Это Он ниспослал на землю воду — и потекли ручьи. В водовороте пена образуется, но поток её уносит. Даже металлы при плавлении образуют дым, который тоже испаряется. Так и с ложью происходит. Ложь исчезает как пена или дым, а истина приносит пользу, как вода или металл.

Для праведников воздаяние за добро — жизнь в раю, среди садов и рек. Войдут они туда, войдут и их родители‑праведники, супруги чистые, их потомство. Ангелы там скажут им: мир вам за терпение и верность. А те, кто разрушал всё вместо созидания — их удел проклятие, их жилище — пламя.

Мои посланники несут людям истину. До тебя они тоже подвергались осмеянию. Но те безбожники уже наказаны. Скажи язычникам: сообщите Богу то, чего Он не знает, а знают ваши истуканы. Те, естественно, не знают ничего, и сообщить им нечего.

Те, кому отправлено данное писание, радуются, что явилось к ним напоминание. Но среди иудеев и язычников есть такие, которые отвергают часть писания. Скажи им: мне велено поклоняться лишь Аллаху, к которому мы вернёмся.

Твоим предшественникам Бог дал супругов и потомство, и закрепил их имена в истории. Никто из них не мог бы стать пророком без соизволения Бога. Для каждого времени — своё писание. Аллах стирает и утверждает то, что желает. А на тебе — лишь передача истины.

Неверующие замышляют козни. Они говорят тебе: ты не посланник. Отвечай: есть самый знающий свидетель между нами — это Аллах, мне довольно этого.

Жизнь и борьба пророка: человек с двумя сердцами. Часть 3

Мы расскажем вам о Хадидже. Она, первая жена Мохаммеда, была вторым человеком на земле, принявшим мусульманство после самого пророка. Она была его ангелом‑хранителем. Она его понимала, принимала любой его вздох, самоотверженно любила его, такого непонятного. Он разрушал мир, к которому она привыкла, жители Мекки, которые с уважением относились к ней из‑за ее богатства и принадлежности к древнему роду, презирали ее мужа, который проповедовал единобожие в противовес такому привычному идолопоклонству. Но она любила его и не предавала.

После первых встреч с ангелом Гавриилом Мохаммеда трясло, он рассказывал Хадидже об этих откуда‑то взявшихся преследованиях, и добавлял, что за ним, наверное, гонится дьявол. Как‑то ночью ангел явился к ним домой, Хадиджа спала. В страхе Мохаммед тихонько разбудил ее. Где он, — спросила она. — В дверях, — шепотом ответил Мохаммед. Она сказала, тоже шепотом: я его не вижу, а ты пересядь ко мне на постель. А теперь видишь? Мохаммед ответил: все равно вижу. Хадиджа незаметно для мужа слегка откинула с себя покрывало: а теперь? Он ушел, — выкрикнул Мохаммед, — он резко развернулся и ушел!

Хадиджа обняла мужа, положила его голову себе на плечо, и сказала: это не дьявол. Это ангел, не бойся его, послушай, что он хочет сказать тебе. Мохаммед смотрел на нее с сомнением. Он осмелел, с тех пор он поверил, что это ангел диктует ему слова Корана.

Ему было 25, когда они поженились. За два года до этого она взяла его на работу, услышав, что есть в Мекке честнейший человек. Лучшей рекомендацией Мохаммеда с молодости было слово, которое добавляли к его имени: Аль‑Амин — надежный. Он был честен, ему можно было доверять стада, деньги, золото, к его рукам ничего не прилипало.

Это была богатая вдова, она была старше Мохаммеда на 15 лет, уже дважды побывала замужем, дважды хоронила мужей, но в свои 40 лет влюбилась в него, как девчонка.

Надо сказать, что Мохаммед был всегда «выглаженным», тщательно относился к своей одежде, прическе, своему внешнему виду. Из каких бы дальних путешествий он не возвращался — ни малейшего запаха пота, никакой усталости на лице. От него всегда пахло благовонными маслами, которые он любил, прическа всегда была волосок к волоску.

Невысокого роста, склонная к полноте, с иссиня‑черными волосами, она была красивой, моложавой. За два года работы Мохаммеда у себя на фирме она обнаружила, что с нетерпением ждет возвращения этого молодого человека из караванного путешествия, что только с его появлением начинает улыбаться. К ней сватались многие, но она никого не считала достойной для себя парой. Они поженились неожиданно для самих себя, и прожили в мире, согласии и взаимной верности 25 лет, до самого дня ее смерти в декабре 619 года. Ей в то время было 65. Хадиджа отошла в мир иной на руках Мохаммеда, который три дня не отходил от нее. Она похоронена на северном кладбище в Мекке. После ее смерти Мохаммед приезжал сюда не раз. Говорят, тайно приезжал даже в тот период, когда Мекка не была еще им завоевана, и было опасно появляться в тех краях. Только ее могильному камню он доверял свои тайны, свои сомнения и страхи, только Хадидже.

Кем была Хадиджа для Мохаммеда — мы знаем: утешительницей, придававшей ему уверенность, любящей женой. Но кем она была для мусульманской религии? Ее смерть была водоразделом в жизни Мохаммеда: сразу после этого печального ухода и стали появляться в истории ислама те страницы, от которых искреннему и думающему мусульманину становится неловко. А если бы рядом не было Хадиджи? Избрал бы тогда Аллах Мохаммеда своим пророком? Не было бы Хадиджи — у мусульман был бы другой пророк, не известно, лучше, или хуже, — но другой.

Хадиджа сдувала с него пылинки, шла с ним по жизни рука об руку, незаметно поправляла его, если он делал неправильные шаги. Если Сарру, жену Авраама, евреи называют матерью еврейских женщин, то Хадиджу с полным правом можно назвать примером для каждой мусульманки. Она, и только она была матерью правоверных. А не та веселая и интриганская компания — его мединские жены.

Хадиджа родила Мохаммеду шестерых детей: мальчики Касим и Абдулла умерли в младенчестве, остались только дочки: Зейнаб, Ругия, Кульсум и Фатима. Мохаммеда пережила только Фатима, все дети умерли при его жизни. Его внуки были убиты молодыми, их отец погиб от рук террориста‑смертника. Трудно, очень трудно и печально объяснять все эти трагедии, которые случились с потомками великого Мохаммеда. Об этом мы и расскажем вам в следующий раз.

Напоминание Моисея о милости Всевышнего. Нет пророков в своем отечестве — о бессилии посланников, об их отчаянии. О погибших городах. Картина преисподней. Признание сатаны. Обращение Авраама к Аллаху. Наставления верующим и неверующим.

Bo имя Aллaxa милостивoгo, милocepднoгo!

Алиф — лам — pa. Писание Мы отправляем тебе, посланник, чтобы ты выводил людей из мрака к свету.

Горе тем, кто не верует, кто ценит жизнь земную дороже вечной, отклоняется от верного пути. Они пребывают в заблуждении. Раньше Мы тоже отправляли с посланниками на их языках писания.

Вот Мы послали к ним Мусу со словом для его народа: выведи нapoд свой oт мpaкa к cвeтy, нaпoмни пpo Аллаха. И сказал Myca cвoeмy нapoдy: вcпoмнитe милocти Aллaxa, кaк Oн cпac вac oт войска фиpayнa. Вспомните, как фираун вoзложил злое нaкaзaние на нас, yбивaл cынoв наших и ocтaвлял в живыx лишь жeнщин. Господь сказал: окажетесь благодарны — умножу Свои блага, если не благодарны — пошлю вам испытания.

Муса продолжал: рaзвe не слышали вы o тex, ктo был на земле уже paньшe нас — о нapoдах Hyxa, Худa и Caлиха? K ним пpишли пocлы от Бога c яcными словами, a oни закрыли уши: мы в coмнeнии cильнoм.

Cкaзaли им пocлaнники: рaзвe можно сомневаться в словах Аллаха? Oни отвечали: вы — тoлькo люди, тaкиe, кaк мы, а жeлaeтe oтвpaтить oт нашей веры. Явите чудо, тогда поверим. Посланцы им сказали: да, мы только люди, но именно на нас Бог возложил спасение ваше. Положитесь же на нас и на Аллаха.

И cкaзaли тe, кто нe вepoвaл, пocлaнникaм: или вы обратитесь к нашей вере, или мы изгоним вас. И тогда Бог открыл посланникам, что люди те не способны обратиться, и решил погубить неверных. После падения грешных городов сатана признался, что это он закрыл им уши и дорогу к покаянию, что шли они за ним слепыми, не ведая, куда идут.

Тем временем праведные, уверовавшие в истину, шли в рай для вечной жизни среди садов и рек. И приветствовали там их словами: мир вам.

Аллах рассказывает притчу о добром слове: оно — как здоровое дерево: корень твёрд, а ветви в небесах. Оно плодоносит и приносит пользу — и плоды, и тень от него благодатны. А слово злое — как больное дерево: расшатаны его корни, оно раскачивается под ветром, скрипят сухие ветви, вот‑вот оно рухнет.

Аллах сотворил небеса и землю, дождь для созревания плодов, которые нужны для пропитания человеку и животным, подчинил себе движение солнца и луны, дал вам реки и моря, ночь и день, создал всё, что нужно людям.

К Нему обратился Ибрагим: Господи, сделай этот город безопасным от врагов, отврати меня от поклонения идолам, поведи за мной и моё племя. Я поселил своё потомство рядом со священным домом, так пусть они здесь и молятся, воздавая хвалу Аллаху! Господи наш, ты знаешь сокрытое в сердцах, не скроется от Тебя ничто, что творится на земле.

Хвала Тебе, что даровал мне сыновей — Исмаила и Исхака. Господи, научи молитвам меня и моё потомство, прими мой зов — будь милосерден к нам в тот день, когда призовёшь к ответу.

Пусть люди слушают и знают: Бог един, и нет другого божества, кроме Него. Да опомнится же тот, кто обладает разумом!

Жизнь и борьба пророка: человек с двумя сердцами. Часть 4

Повторимся: история донесла, что у Мохаммеда за всю жизнь родилось семеро детей — три мальчика и четыре девочки. Несмотря на то, что у него было 11 жен, родили только двое: Хадиджа — шестерых, из них было два мальчика и четыре девочки, и невольница Мария, в самом конце жизни пророка — мальчика. Все сыновья Мохаммеда умерли в младенчестве, все дочери, кроме Фатимы, умерли при его жизни, Фатима пережила его всего на полгода. Сколько ему пришлось пережить несчастий — ведь что может быть трагичнее, чем пережить своих детей? Он был отмечен не только великим счастьем — принять и донести до человечества слова Аллаха, но и печатью горя. А сколько несчастий сотворил он сам? Мог ли забыть Аллах страдания, причиненные Его посланником другим людям?

«Поистине, Повелитель предложил одному из Своих слуг выбор между этой жизнью, и тем, что ближе к Нему, и слуга этот выбрал то, что близко к Нему». Таковы были его последние слова, обращенные к сотне своих единоверцев в мечети — это было его последнее публичное выступление. Перед самой смертью он, задыхаясь от лихорадки и неимоверной боли по всему телу, обратился к ближайшему соратнику и другу Абу Бекру: «Поистине, мне предложено продолжить пребывание в этом мире с последующим раем или же встретиться с Повелителем; я выбрал встречу с Повелителем». Что это за мысль, которую он повторил дважды — сначала перед многими людьми, затем перед близким человеком? Не могло ли это означать, что Мохаммед сделал добровольный выбор между жизнью и смертью? Не могло ли это означать, что Аллах предложил ему жить, но покаяться, и за это обещал рай, но Мохаммед выбрал смерть, потому что не представлял себе покаяния?

Иногда смерть Мохаммеда связывают с тем, что его отравили. Действительно, женщина из одного покоренного им племени поднесла в дар зажаренного барашка, блюдо было отравлено. Но он умер спустя четыре года после этого покушения, к тому же, по преданию, выплюнул первый же взятый в рот кусок.

Основатель мусульманской религии великий Мохаммед, посланник Бога, умирал солнечным днем 9 июня 63 2 года, в возрасте 62 лет, на руках третьей своей жены Аиши после изнурительной трехдневной лихорадки, тело его раздирала боль, он упрямо отказывался от лекарств. Умирал человек, про которого говорили, что у него два сердца — одно из них останавливалось. Второе продолжало биться — это было его слово, ниспосланное Аллахом и высказанное им так, как он смог высказать.

Двадцатилетняя Аиша сразу после смерти мужа была объявлена великим толкователем слов Мохаммеда, затеяла немало интриг, мусульмане разделились не без ее участия на суннитов и шиитов, между единоверцами произошла даже гражданская война. Усилиями последователей Мохаммеда мусульманская империя расширялась во все стороны света, мусульманская вера, самая молодая на земле, быстро опередила другие религии, и по числу приверженцев стала второй после христианства.

Прошло тринадцать веков после смерти Мохаммеда. Мусульмане стали в глазах остального человечества порицаемыми. Народы не раскрывают нам свои объятия, смотрят на нас, ожидая подвоха. А мы, пользуясь компьютерами, автомобилями, ракетами, электронными микроскопами, повторяем обветшалые догмы, которые родились в седьмом веке. Не пора ли взглянуть на это, будучи покорными Аллаху, который, быть может, тоже порицает нас?

Второе сердце Мохаммеда бьется до сих пор. Может быть, нам, его последователям, следует покаяться вместо него, стать не на словах, а на деле покорными Аллаху?

Аль‑Хиджр ‑название долины по пути из Медины в Сирию. В этой местности жило племясамудитов.

О вреде самообмана. Грешники ставятусловия? О звездах, созвездиях и кометах. Бог бережет воду и сокровища земли длясвоих созданий. Напоминание о первомбунте против Всевышнего. Изгнание сатаны и его возвращение к людям. Семь воротада. Еще раз об Аврааме, Лоте и Шуайбе. Упрямые жители Аль‑Хиджра. Кто такиеделители? Наставления.

Во имя Аллаха милостивого, милосердного!

Алиф — лам — ра. Эти буквы открывают еще одну страницу книги ясной.

Хотят ли неверующие Аль‑Хиджра стать мусульманами? Нет, и не думают. Едят и пьют, ни о чём не беспокоясь, не чувствуя беды. Но скоро они узнают правду. Мы не губили поселений без причины, предупреждали через своих посланников, увещали. Но они сказали Моим послам: придите с ангелами, чтобы мы поверили. Из‑за неверия и погибли. Ослеплённые страстями, они хотели видений и чудес. Но если даже открылись бы ворота в небо, и они увидели там ангелов, не уверовали бы, считая, что это колдовство.

Устроены Всевышним звёзды и созвездия в небе, они привлекательны для взора. Приставлена к ним охрана от сатаны — яркие кометы. Для человека же создана земля и горы, реки и моря. Бог для вас произрастил плоды для пропитания, еще и для животных, которых вы не кормите. Бог открывает вам сокровища земли по мере надобности. Он создал ветер, оплодотворяющий растения, несущий облака туда, где плодам для роста требуется влага. Господь — хранитель этой влаги.

Доказательства Божественного происхождения Корана

Существует версия, что Коран создан самим Мохаммедом, что это — не слово Божье, а собственное сочинение пророка, и тогда никакой он не посланник Господа. Приверженцы этой точки зрения говорят, что слишком много в нем противоречий и ошибок, поэтому он не мог быть создан Богом. Действительно, противоречия и ошибки в Коране есть. Однако есть доказательства и того, что Коран ниспослан с неба.

Мохаммед говорил то, что слышал от ангела Гавриила. Включить в Коран свои субъективные ощущения, свои желания он мог, и сделал это, но создать Коран он был бы не в силах. И доказательства этого мы видим на многих страницах священного писания. Одно из них звучит в 15‑й суре Корана: «Устроены Всевышним звёзды и созвездия в небе, они привлекательны для взора. Приставлена к ним охрана от сатаны — яркие кометы». Откуда неграмотному погонщику караванов знать о созвездиях и кометах, откуда у него мог в голове возникнуть образ сатаны, который хочет узнать тайны звезд?

А ведь место ниспослания Корана — не относительно просвещенная Европа, а аравийская пустыня, где еще поклоняются каменным изваяниям! Позже вы увидите, что Коран говорит о создании человека из «прилипающего» сгустка, прикрепленного в надежном месте, и надежно укрытого за тремя преградами, т.е. об эмбрионе, оплодотворенной сперматозоидом яйцеклетке, прикрепленной к стенке матки, и укрытой за плацентой, маткой и влагалищем. Вы увидите намек на ретроградность планет — явление, которое было открыто гораздо позже ниспослания Корана — временами кажется, что планеты движутся не по обычному своему пути, а обратно. Все это, и даже грозные предупреждения посланнику, — могут рассматриваться как доказательства небесного происхождения Корана. Обратите внимание и на то, что предупреждения от Господа, сделанные ему, он не смог скрыть от людей.

Но самым явным признаком Божественного происхождения Корана является тот факт, что язык его сильно отличается от языка самого Мохаммеда.

Возьмите хадисы — сказания о словах и поступках Мохаммеда, и сравните с Кораном — говорят два разных голоса. В большинстве хадисов мы видим удивительный примитивизм: надо надевать сначала правый ботинок, а снимать сначала левый; если муха упала в молоко — обмакнуть в стакан до дна, потому что «на одном крыле мухи болезнь, а на другой — исцеление»; что нельзя стрелять камешками щелчком, потому что так можно выбить глаз человеку; что дезертиру следует отказаться от близости с женой, тогда Аллах простит; если жена не ляжет с мужем по его требованию, ее до утра будут проклинать ангелы; что, поев, надо облизать руку или дать облизать другим, и т.д., и т.п.

Теперь сравните этот примитивизм со следующими строчками Корана:

Великие творения Бога — перед вашими глазами. Это земля и небеса, это превращение ночи в день и дня обратно в ночь, это облака и ветер, это дождь, что оживляет землю, животные и травы, и даже судно, что плывет по морю. Всё это создано Аллахом. Но есть такие люди, что поклоняются божкам, сотворённым руками человека. Не простит Аллах таких людей в тот день, когда настанет суд. В этот день рукотворные божки забудут вас и бросят на произвол судьбы. Тогда вы, несомненно, скажете: Господи, дай нам шанс начать сначала, забыть этих идолов, как они забыли нас. Но поздно — огонь перед лицом того, кто предал Бога.

Или другой пример:

Когда наступила ночь, Ибрагим звезду увидел в небе, и сказал: это — мой Господь. Но вскоре настал рассвет, звезда исчезла, и Ибрагим понял, что звезда — не Бог.

Назавтра он увидел месяц в небе, и подумал: вот мой Господь. Но луна зашла. Тогда Ибрагим сказал: месяц тоже не может быть Аллахом. И отчаялся: Господь не хочет привести меня к познанию Его.

Когда Ибрагим увидел солнце, восходящее с востока, решил, что оно по размерам больше и звезды, и месяца, и воскликнул: вот Он, мой Господь. Но день прошел, и солнце закатилось за горизонт.

Долго думал Ибрагим: что же хотел Аллах, показав ему звезду, луну и солнце. Наконец, он догадался и воскликнул: Господи, я понял: ни луна, ни солнце, ни звезда не могут быть богами, ты един, и созерцать Тебя нельзя. Я обращаю взор к Всевышнему, который сотворил и эти небеса, и солнце, и луну, и звёзды.

Или третий пример:

Аллах рассказывает притчу о добром слове: оно — как здоровое дерево: корень твёрд, а ветви в небесах. Оно плодоносит и приносит пользу, и плоды, и тень от него — благодатны. А слово злое — как больное дерево: расшатаны его корни, оно раскачивается под ветром, скрипят сухие ветви, вот‑вот оно рухнет.

Язык и мысли Корана — совершенно иные, чем в хадисах — документально зафиксированных высказываниях пророка. Сравнение не в пользу Мохаммеда: язык Корана, как бы язык утонченного поэта‑философа, сильно отличается от жаргона и благоглупостей погонщика караванов VII века. А если так, почему бы не предположить, что Мохаммед читал возвышенные мысли, заключенные в Коране, независимо от себя, он их только передавал. А источником был Тот, Кто говорит и мыслит иначе. И только в тех сурах Корана, где Мохаммед приводит свои слова, свои мысли, которые ему лично выгодны — язык Корана снова становится языком Мохаммеда — простым, даже примитивным. Такие примеры вам уже встречались, а впереди их еще больше.

Всевышний даёт людям жизнь, и Он же отнимает, Ему принадлежит всё, что есть на небесах и на земле. Он знает тех, кто жил до вас, и тех, кто придёт на смену. А в день, о котором знает лишь Всевышний — Он всех соберёт к себе.

У ада — семь ворот для разных грешников. А рай состоит из садов и рек, здесь прохладно, мир царит, у жителей нет злобы, все — братья, они беседуют, обратясь лицом друг к другу. Нет у них забот, они тут вечно будут жить. Извести людей, посланник, что Я милосерден к рабам своим и жесток к неверующим. И расскажи им о об ангелах, когда‑то навестивших Ибрагима.

Они пришли со словом: мир дому твоему. Ибрагим ответил: мир вам. Он хотел их угостить, но ангелы к пище не притронулись. Ибрагим подумал, что это злые гости. Но они сказали: не бойся, принесли мы радостную весть — у тебя родится мальчик, и он будет мудр. Удивился Ибрагим: мальчик? В моём‑то возрасте, когда уже коснулась старость? Они ответили: Господь решил так, а мы — Его ангелы. Жди милости от Бога.

От Ибрагима ангелы держали путь в тот город, жители которого в грехах погрязли (Содом). Бог велел им спасти только Лута и его семью. И вот посланники Всевышнего пришли в дом Лута: выйди из дома вместе со своей семьёй перед восходом солнца, уходите, не оборачиваясь, Бог на заре накажет грешников.

Поистине, история эта поучительна: не избежать возмездия, если грешен. Земля, усыпанная камнями на месте того города — тому свидетельство. Ведь это — знамение для верующих. Так были наказаны и жители Аль‑Айки (в этом поселении жили мадйаниты, они занималось мошенничеством. Божий посланник Шуайб не смог их наставить на путь истинный, и Аль‑Айки был уничтожен) — они тоже были Мной погублены.

Обитатели Аль‑Хиджра поступили так же — лжецом посчитали посланника Аллаха. Бог дал им щедрые равнины и крепкие жилища, но отвернулись они от Бога. И тогда из‑под земли раздался гул, и всё племя оказалось погребённым. Не спасли их достаток и богатства.

Отвернись, посланник, с достоинством от безбожников. Я дал тебе суру, которая состоит из семи айатов и повторяется тобой на протяжении недели (Аль‑Фатиха — «Открывающая», первая сура Корана, которую мусульманин должен повторять ежедневно. Она в оригинале состоит из семи айатов). Я ниспослал тебе Коран. Не думай, что неверующих их богатство спасёт от наказания, не завидуй им, лучше преклони колени перед верными. И скажи: я говорю вам только то, что ниспослано Всевышним.

Мы накажем тех, кто поделил Коран на части, и вот, Господом твоим клянусь, Мы спросим с них за то, что они творили.

Разорви, посланник, все связи с многобожниками, отвернись от них. Мы избавим тебя от насмешников, которые равняют идолов с Аллахом. Мы знаем — слышать то, что говорят они, тяжело тебе. Прославь же Господа, будь с преклонившимися, служи Аллаху до самой смерти.

Заметки на полях:  обратите внимание — в предыдущем абзаце предупреждение тем, кто верит в одну часть Корана, но не верит в другую. Выходит, что это можно было предвидеть? Почему? Может, к тому времени Мохаммед уже засомневался в том, что весь Коран — это слово Аллаха, и заранее готовит угрозы сомневающимся? Кроме того, эта сура была прочтена примерно в 618 году, к тому времени Корана целиком еще не было — Мохаммед прочитал лишь половину всего текста.

 

ГЛАВА 7. НЕПОСТИЖИМЫЙ МИР     Тайны мироздания и человек‑пророк

Домашняя ] Вверх ]